После открытия ионизирующих излучений (ИИ) в XIX–XX вв. их изучение и практическое применение в XX–XXI столетиях развивались стремительными темпами: были разработаны системы измерений в различных средах — от производственных и природных до космических, установлены закономерности дозовых эффектов в рамках доказательной медицины. Технологии на основе ИИ проникли в ключевые сферы человеческой деятельности — от атомной энергетики и оборонных комплексов до медицинской диагностики и терапии, фундаментальных научных исследований и лучевой терапии с использованием циклотронов и синхротронов, что делает проблему гигиенической оценки воздействия ИИ междисциплинарной и сохраняющей высокую научно-практическую значимость. По данным ВОЗ (2023), ежегодно в мире проводят более 4200 млн радиологических обследований в целях диагностики, 40 млн процедур с использованием ядерных материалов и 8,5 млн процедур лучевой терапии. «Эксперт-физик по контролю за источниками ионизирующих и неионизирующих излучений» и «медицинский физик» — должности, утвержденные приказом Минздрава России (2023) [1], со следующими квалификационными требованиями: высшее образование — специалитет, магистратура по специальности (направлению подготовки) «Медицинская физика». Между тем, для контроля необходимы утвержденные унифицированные нормы, предельно допустимые уровни (ПДУ) ИИ, предельно допустимые дозы (ПДД) облучения, а для эффективного и безопасного планирования лучевой терапии — разовые очаговые дозы (РОД), суммарные очаговые дозы (СОД). На международном уровне с целью межведомственной унификации норм стал переход от ряда специализированных организаций системы ООН к обозначению головной, обобщающей и публикующей работы по теме МАГАТЭ [2] во взаимодействии с ВОЗ. В России нормы радиационной безопасности (НРБ) традиционно утверждает Роспотребнадзор.

Целью работы было проанализировать проблемы и подходы к верифицированной оценке влияния «доза–эффект» физического фактора ИИ для обоснования целесообразности унификации на современном этапе норм радиационной безопасности (НРБ) и императива доказательной и профилактической медицины.

Материалы и методы

Проведен сравнительный анализ международной и российской нормативных баз: НРБ МАГАТЭ и СанПиН; практического опыта правоприменительной практики, доз по клиническим рекомендациям Минздрава России 2020−2025 гг., ряда компьютерных систем дозиметрического планирования, учебных пособий и пособий для специалистов.

Эволюция единиц измерений ИИ и современная унификация в системе СИ

В 1928 г. принят «рентген» в качестве первой международной величины для измерения ИИ. В дальнейшем в 1940–1970-х гг. развертка единиц измерений развивалась с определением следующих единиц: кюри, резерфорд, эрг, кулон/кг, Дж/кг, рад, рем (рентгеновский эквивалент), бэр (биологический эквивалент рентгена) и др., в том числе с производными в единицу времени. Многопараметричность совместно с накоплением больших баз данных по «дозам–эффектам» могла приводить к феномену «запутанного мира радиационной дозиметрии» [3]. В 2018 г. Генеральная конференция по мерам и весам (ГКМВ) одобрила трансформацию Международной системы единиц (СИ-9) [4], в том числе: активность радионуклида — беккерель (Бк), поглощенная доза, керма — грей (Гр), эквивалентная доза — зиверт (Зв). В СИ-9 есть раздел «Единицы величин, описывающие биологические и физиологические явления», где сказано: в медицинской диагностике и терапии для количественной оценки биологической активности также используют единицы, которые пока еще не могут быть выражены в единицах СИ; механизм действия еще недостаточно изучен, чтобы его можно было измерить с точки зрения физико-химических параметров; ввиду их важности для охраны здоровья и безопасности ВОЗ взяла на себя ответственность за определение Международных единиц ВОЗ (WHO IU) биологической активности. В СИ-9 и документах ВОЗ отсутствуют ссылки на «международные единицы» для радиофармпрепаратов (РФП), применяемых как для диагностики, так и для брахитерапии. Это направление может быть важным как при планировании дозо-эффективной брахитерапии, так и в связи с организацией в России к 2026 г. крупнейшего в Европе производства РФП в наукограде Обнинске. Следует отметить и деятельность Международной комиссии по радиационным единицам и измерениям (МКРЕ) — например, публикацию по лучевой терапии фотонным излучением [5].

Унификация нормирования безопасности на уровне специализированных учреждений ООН

За 120 лет исследований ИИ влияния на здоровье свой вклад в развитие проблематики внесли международные общественные организации: Международная комиссия по радиационной защите (МКРЗ) [6], Международная организация по медицинской физике (IOMP), Международное агентство по исследованию рака (МАИР) и др. На межгосударственном уровне произошел переход с фактической передачей в 2012 г. ВОЗ [2] функций головной структуры по нормированию Международному агентству по атомной энергии (МАГАТЭ), которое и опубликовало Международные нормы безопасности и радиационной защиты (НРБ МАГАТЭ) [7] от имени специализированных организаций-спонсоров — ВОЗ, Международной организации труда (МОТ), Панамериканской организации здравоохранения (ПАОЗ), Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (ФАО), Программы ООН по окружающей среде (ЮНЭП). Следует отметить вклад Научного комитета ООН по действию атомной радиации (НКДАР ООН), который в 2022 г. в докладе Генеральной Ассамблее ООН «Источники, воздействие и риски, связанные с ИИ» представил комплексную глобальную оценку частоты и доз медицинского облучения, их распределения и тенденций в медицинских категориях, оценку профессионального воздействия ИИ и др. [8].

Нормы радиационной безопасности (НРБ) в России, целесообразность сравнительного анализа, обновления и межведомственного взаимодействия

Роспотребназор как наследник системы государственного санитарного надзора СССР традиционно утверждает НРБ в России. Сложившаяся традиция логична в условиях развитых ранее социальной гигиены и организации здравоохранения; радиационной гигиены, гигиены труда, гигиены детей и подростков, профилактической медицины, в том числе предупреждения и борьбы с онкозаболеваемостью (второй по значимости причиной смертности населения), определения рисков для здоровья населения и предупреждения отрицательного влияния физического фактора. Учитывая утверждение 15 лет назад норм в Санитарных правилах и нормативах [9, 10] и активное обновление единиц, доз, норм и накоплении больших данных измерений и оценки, целесообразно обновить и российское законодательство. В России производственный контроль, утверждение норм, доз ИИ, федеральный государственный надзор за их соблюдением в настоящее время носят многоведомственный характер и осуществляются в системах Роспотребнадзора, Росздравнадзора и Минздрава, Ростехнадзора, Федерального медико-биологического агентства, РАН, Росатома, Ростеха, Министерства обороны России, Роскосмоса и др. [11–14]. Учитывая международный опыт и российскую специфику, перспективы развития в медицинской физике, атомной, авиакосмической и других отраслях экономики, целесообразно организовать межведомственное взаимодействие при разработке и утверждении новых НРБ. Существует проблема отмены лицензирования: лицензированием обслуживания генерирующих источников ионизирующего излучения, используемых в медицинской деятельности, радиологических медицинских изделий, никто не занимается, или эта функция переходит к Росздравнадзору и пр. Целесообразно проанализировать квалификацию, приборную и кадровую обеспеченность для специализированного федерального надзора и производственного контроля.

Некоторые аспекты для углубленного сравнительного анализа и перспективного учета при обновлении НРБ

Введенные в действие в 2025 г. новые СанПиН 2.6.4115-25 [15] ссылками подтверждают актуальность и действие базовых СанПиН 2.6.1.2523-09 (НРБ-99/2009) [9] и СП 2.6.1.2612-10 (ОСПОРБ-99/2010) [10]. Следует отметить, что в СанПиН 2.6.4115-25 для обозначения больших активностей содержатся ссылки на единицу измерения «кюри», которая хотя и была допущена к применению в России (2009) [16], но по данным ряда источников считается устаревшей, в связи с чем в системе СИ заменена на «беккерель». Национальный институт стандартов и технологий (NIST) настоятельно не рекомендует продолжать использовать кюри (так же как и рентген, рад и бэр) [17]. Международная организация законодательной метрологии (МОЗМ) в своих рекомендациях относит кюри (наряду с радом и рентгеном) к таким единицам измерения, «которые могут временно применяться до даты, установленной национальными предписаниями, но которые не должны вводиться, если они не используются» [18], что целесообразно учесть в будущем при пересмотре российского законодательства. Опубликованные в СанПиН НРБ-99/2009 «годовые пределы дозы и соответствующий фатальный риск» соответствуют МКРЗ-2007 и НРБ МАГАТЭ, за исключением непрерывной функции взвешивающего коэффициента излучения для нейтронов. Между тем, «весовые тканевые коэффициенты и соответствующие им коэффициенты риска» обозначены и соответствуют Публикации МКРЗ 60 (1991), но отсутствуют данные и ссылки на более позднюю Публикацию МКРЗ 103 (2007) [6].

Контроль и нормы при рентген-радиологических исследованиях и техническом обслуживании источников ионизирующего излучения в России

Актуальность дозиметрического сопровождения при рентген-радиологических исследованиях (РРИ) в России показана гигиенистами [19, 20]. В Постановлении Правительства РФ [21] и приказе Минздрава России [1] при лицензировании правоприменительная практика касается «немедицинского использования ИИ». Опубликован современный анализ радиационных аварий в лучевой и радионуклидной диагностике и терапии со сравнением российских и международных подходов к терминологии и классификации [22].

Перспективы развития лучевой терапии в России и актуальность унификации в медико-техническом обеспечении

В соответствии с аналитическими обзорами уровень оснащенности России высокими технологиями для лучевой терапии соответствовал стандартам развивающихся стран [23]. В 2020 г. Правительство РФ приняло постановление о развитии синхротронной и нейтронной инфраструктуры [24], в том числе о ликвидации отставания в развитии в России протонной лучевой терапии к 2027 г., определении головной научной организации по выполнению программы НИЦ «Курчатовский институт» [25]. Между тем, при организации здравоохранения следует отметить растущую необходимость учета и преодоления сложившегося неравномерного распределения высокотехнологичной медпомощи в России. Проблему пока сложно преодолеть — с «медицинским туризмом» на тысячи километров, наличием и перспективным развитием только в отдельных регионах протонной, нейтронной, нейтрон-захватной терапии, установок «гамма-нож»; карботерапии (углеродной, ионами углерода) и др. Исследования нейтрон-захватной терапии ведут в г. Новосибирске в ИЯФ имени Г. И. Будкера [26], а также в НИЯУ МИФИ, совместно с Российским онкологическим научным центром имени Н. Н. Блохина и ФМБЦ имени А. И. Бурназяна Федерального медико-биологического агентства (ФМБА) России. Наблюдается неравномерность внедрения современных методов лучевой терапии по регионам России. Например, в Южном федеральном округе (ЮФО) и Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО) с общим населением 27 млн человек отсутствуют протонная, нейтронная терапия и ряд других высокотехнологичных методов и установок для радиотерапии. Следует отметить целесообразность анализа на федеральном уровне и принятия мер по обеспечению как высокотехнологичным оборудованием, так и кадрами — инженерами медтехники (направление подготовки «биотехнические системы и технологии» и др.), организаторами здравоохранения и другими, с сопоставлением с международным опытом (МАГАТЭ) планирования служб лучевой терапии [27]. Для совершенствования и унификации подходов для инженеров медтехники, технических служб по обслуживанию радиотерапевтической техники в клиниках авторы совместно с коллегами перевели на русский язык международные технические спецификации радиотерапевтического оборудования для лечения онкологии, разработанные ВОЗ-МАГАТЭ, и разместили их в открытом доступе [28].

Дозы облучения в лучевой терапии: от эволюции ориентировочных принципов к доказательной медицине и унификации доз в России

Что касается лучевой терапии в действующих Санитарных правилах и нормах (СанПиН) фактически используется принцип ALARA (англ. As Low As Reasonably Achievable — «как можно ниже, насколько это возможно»), сформулированный еще в 1954 г. МКРЗ. То есть прямо не устанавливая пределы доз для пациентов, расширяют границы дозволенного облучения — до масштабов, которые медицинский персонал сочтет необходимыми. В российских СанПиН принцип оптимизации (ALARA) не подкреплен точными количественными ориентирами и ссылками на современные дозовые ограничения (как для пораженных тканей и органов-мишеней, так и для органов риска), что создает правовую неопределенность. Так, в СанПиН 2.6.1.2523-09 (НРБ-99/2009) согласно п. 5.4.1 «...не устанавливаются пределы доз для пациентов, но применяются принципы обоснования назначения медицинских процедур и оптимизации защиты пациентов». В соответствии с п. 4.4. Санитарных правил СП 2.6.1.2612-10 (ОСПОРБ-99/2010) «проведение терапевтических рентгенорадиологических процедур должно быть обосновано с учетом требований: риск отказа от лучевой терапии заведомо превышает риск от облучения при ее проведении»; отсутствуют ссылки на специфичные общепринятые расчеты «рисков». Согласно п. 4.7. СП 2.6.1.2612-10 (ОСПОРБ-99/2010), «оптимизация радиационной защиты пациентов должна предусматривать достижение полезного медицинского эффекта рентгенорадиологических процедур, или лечебного результата, при наименьших возможных уровнях облучения». Следует отметить международную инициативу «Количественный анализ воздействия на нормальные ткани в клинике» (QUANTEC) с накоплением баз данных дозо-эффектных зависимостей для различных органов и тканей, основанных на данных многолетних наблюдений [29, 30]. Ситуация изменилась благодаря накоплению опытных результатов в науке и определению доз в клинических рекомендациях Минздрава России (КР МЗ РФ), утверждаемых на основании постановления Правительства РФ [31]. Наметился переход к профилактической медицине с императивом «не навреди» и к доказательной медицине по эффективности лечения. Это важный фактор современности, так как планирование медицинскими физиками лучевой терапии начинается именно с содержащихся в КР МЗ РФ величин разовой и суммарной очаговой дозы. Нами проведен анализ количества, диапазона, лимитов доз (Гр) фотонной терапии при различных новообразованиях по всем 90 утвержденным (2020–2025 гг.) КР МЗ РФ, в которых лучевая терапия указана как метод возможного  лечения, размещенным в специальном разделе «клинических рекомендаций» (clin-rec) на официальном сайте Минздрава России (табл. 1).

В ходе анализа установлено, что дозы облучения в 90 КР МЗ РФ варьируют и различаются в десятки раз: для разовой очаговой дозы (РОД) — от 0,5 до 40,0 Гр, для суммарной очаговой дозы (СОД) — от 7,0 до 180,0 Гр. Следует отметить, что в разработке каждой КР МЗ РФ участвовало большое количество авторитетных специалистов, а дозы в КР МЗ РФ в основном сопровождаются ссылками на публикации в зарубежных источниках.

Разброс количественных значений РОД и СОД между разными нозологиями, с одной стороны, может быть интерпретирован как ожидаемый и оправданный биофизически (твердые/мягкие ткани) и радиобиологически (радиочувствительность). С другой стороны, вопрос касается вариабельности доз для одной и той же нозологической стадии развития заболевания, используемых видов излучения и оборудования для лучевой терапии, что требует дальнейших исследований, верификации, расчетов и объяснений. 

В ходе исследования разработана табличная матрица по клиническим рекомендациям Минздрава России, где и аккумулировали данные для первичного анализа доз облучения. Для понимания масштаба проблемы и демонстрации широкого диапазона доз облучения примеры из конкретных протоколов приведены в табл. 2.

Разницу доз облучения для различных онкопораженных органов-мишеней (в КР МЗ РФ — в десятки раз) можно сравнить с разницей «взвешивающих коэффициентов для различных тканей и органов при калькуляции эффективной дозы» (СП 2.6.1.2612-10; Публикация МКРЗ 60, 1991), которые различаются в 20 раз — от 0,01 для клеток костных поверхностей до 0,20 для гонад; взвешивающих коэффициентов тканей, различающихся в 12 раз — от 0,01 до 0,12 (по Публикации МКРЗ 103, 2007). Это может также свидетельствовать о необходимости дальнейших научных исследований в области доказательной медицины, расчетов и обоснованных объяснений.

Нормативы и руководства для специалистов, аспекты гиперинформационной многоведомственности, целесообразности унификации, сравнения с международным опытом

При исторически развитых ядерных технологиях, атомной промышленности, экономических отраслях, где применяют ИИ в России, руководств и рекомендаций по общим вопросам радиационной безопасности множество. По ссылкам на официальные нормативные библиотеки и коды — действующие СанПиН на официальном сайте Роспотребнадзора «Перечень нормативных правовых актов, содержащих обязательные требования в области использования источников ионизирующего излучения»; утвержденные Роспотребнадзором методические указания (МУ) и рекомендации (МР), касающиеся радионуклидной диагностики с радиофармпрепаратами (МУ 2.6.1.1892-04), лучевой терапии (МУ 2.6.1.2135-06), брахитерапии (МУ 2.6.1.2712-10), ликвидации последствий радиационной аварии (МР 2.6.1.0360-24) и др.; утвержденные Росстандартом государственные стандарты (ГОСТ), касающиеся средств индивидуальной защиты персонала медучреждений от воздействия ИИ (ГОСТ Р 58168—2018), методов контроля при лучевой терапии (ГОСТ Р 57517—2017), радиометрических приборов (ГОСТ Р 57518—2017), радиометрического контроля (ГОСТ Р 72075—2025) и др.; 103 действующих нормативных правовых акта (НП) федеральных норм и правил в области использования атомной энергии на официальном сайте Ростехнадзора. Система законодательства, утверждаемая и контролируемая Ростехнадзором, касается радиационной безопасности и разрабатывается в соответствии со статьей 6 Федерального закона № 170-ФЗ [32]. В правоприменительной практике это имеет значение для здоровья населения. В частности, развернута дискуссия по утверждению нормативов предельно допустимых выбросов радиоактивных веществ в атмосферный воздух и установлению границ санитарно-защитной зоны (СЗЗ) по границе площадки АЭС [33]. А это важно для экспертиз организации новых АЭС, в том числе при строительстве «Южной АЭС» и других в соответствии с утвержденной Правительством РФ схемой размещения до 2042 г. объектов электроэнергетики [34]. В МАГАТЭ для специалистов разработано множество справочников, касающихся в том числе руководств по реагированию медицинских физиков на радиологическую аварию [35], радиационной защиты при медицинском использовании ИИ (совместно с ВОЗ и МОТ) [36], выбора технологий для лучевой терапии с учетом радиационной безопасности [37], глоссариев по ядерной безопасности и физической защите [38], определения поглощенной дозы при лучевой терапии, международных рекомендаций по дозиметрии [39], требований к точности и факторов неопределенности в лучевой терапии [40] и др. Появились перечни литературы на русском языке для медицинских физиков, работающих в области лучевой терапии новообразований [41].

К нормированию радиационной безопасности в авиакосмической медицине

В ряде исследований значимости ИИ для здоровья летчиков показано, что на высотах от 9000 до 12000 м ИИ могут превышать естественный радиационный фон в 31–41 раз [42]. Рассмотрен риск влияния ИИ на здоровье летчиков [43]. Проведено сравнение величин ИИ (космическая радиация), получаемых членами экипажей воздушных судов эффективные дозы, с показателями, рекомендованными международными организациями [44]. Между тем, отсутствуют утвержденные нормы радиационной безопасности ИИ в авиационной медицине. Опыт по радиационной безопасности, накопленный в России за шестидесятилетие пилотируемых полетов в космос, сопоставлен с российским законодательством и международными рекомендациями [45]. Проанализированы ретроспектива нормирования, оценки суммарного радиационного риска и возможного сокращения продолжительности жизни космонавтов при длительных орбитальных и межпланетных полетах [46]. На современном этапе развития, связанном с функционированием на околоземной орбите Международной космической станции (МКС), следует отметить различные подходы национальных космических агентств к предельным дозам — как с зависимостью от пола/возраста, так и по лимитам в мЗв или риску радиационно-индуцированной смерти (REID) [47]. Проведен сравнительный анализ норм доз (табл. 3).

Актуальность стратегий национальных космических агентств, их совместных проектов в области пилотируемых полетов и исследований неуклонно возрастает. Федеральным законом [48] утверждено сотрудничество РФ и КНР в области создания Международной научной лунной станции. В документе НАСА «Цели миссии «Луна-Марс» изложен подход к реализации программы агентства по исследованию дальнего космоса с участием человека [49], в том числе программа «Артемида» с созданием базы на Луне для обеспечения пилотируемых полетов на Марс. Риск, связанный с освоением космоса, ложится на плечи небольшой группы людей (космонавтов, астронавтов, тайконавтов, вьоманавтов), но выгоду от них получает все общество. Такой дисбаланс возлагает на космические агентства ответственность за обеспечение максимальной защиты специалистов (корпус корабля и станций, скафандры, время воздействия), призванной свести к минимуму сбои в работе во время полета, на протяжении всей их карьеры и после ухода из агентств. Предпринимаются попытки прогнозирования рисков лунных и марсианских миссий с учетом их продолжительности (дни), поглощенных доз (Гр), эффективных доз (мЗв), смертельного риска (%) [47]. Следует отметить и аспекты радиационной безопасности, развиваемые в России в связи с перспективой создания космических аппаратов с ядерными реакторами [50].

Высшее образование и учебники для вузов по медицинской физике, радиационной гигиене и дозиметрии

Кадровая потребность в медицинских физиках при радионуклидной терапии и диагностической визуализации обозначена МАГАТЭ [51]. Следует отметить оценочный анализ: почему медицинская дозиметрия является профессией только в США и что это значит для медицинских физиков во всем мире [52]. Подтверждена актуальность обеспечения в России дозиметрического сопровождения планирования и оценки эффективности лечения как фундаментальной методологической основы современной радионуклидной терапии [53]. В образовании и популяризации системы знаний целесообразно утвердить рациональный подход с позиций доказательной медицины и информационной гигиены с целью профилактики радиофобий, предоставления в сжатом виде верифицированной информации в «поиске знаний» в гиперинформационном обществе [54]. В России учебные пособия по радиационной гигиене, дозиметрии, радиационной медицинской физике для вузов разработаны специалистами ряда вузов и НИИ [55–61]. В связи с их разнообразием и количеством важной является унификация с учетом международного опыта. Разработаны учебники международного уровня (МАГАТЭ). Их преимуществом является то, что они подготовлены лучшими специалистами из десятков стран, охватывают широкий круг вопросов, включая радиационную физику, дозиметрию и приборы, качество изображения и его восприятие, способы визуализации, специфические темы, достижения в области цифровых технологий, а также радиационную биологию, защиту, нормы безопасности, одобрены несколькими международными профессиональными организациями, могут быть полезны для тех, кто готовится к сертификации как медицинский физик, радиолог или рентгенолог. Между тем, несмотря на то что Россия является членом МАГАТЭ, ряд объемных учебников не переведен на русский язык. Авторы совместно с коллегами перевели на русский язык обширные (общий объем 1494 с.) учебные пособия по физике ядерной медицины и диагностической радиологии для преподавателей и студентов (МАГАТЭ) и разместили их в открытом доступе [62, 63].

Учебные клинические компьютерные системы дозиметрического планирования

В соответствии с распоряжениями Правительства РФ, касающимися цифровой трансформации в области высшего образования [64] и здравоохранения [65], особое значение имеет анализ наличия, разработки, обучения в вузах и внедрения компьютерных систем дозиметрического планирования облучения при лучевой терапии, проверки-верификации эффективности и безопасности планирования, калькуляции доз и т. д. с учетом отечественных КР МЗ РФ, зарубежного опыта и медицинско-технического обеспечения, международных практических рекомендаций [39, 40]. В ходе нашей работы установлено, что к 2026 г. в РФ появились 12 клинических платформ дозиметрического планирования и ни одной учебной, при этом за рубежом их 33, а образовательных пять. Клинические отечественные системы — это «АМФОРА», «Гаммаплан РТ», «СканПлан», «Plan B», «Plan N», «Plan D», «Rplan», Plan X ДЛТ, Plan P, Plan NE, Plan I, «MMS». Клинические зарубежные компьютерные системы планирования — это «3DVH», «Accuray», «Contour+», «Corvus», «Delta4DVH Anatomy», «Eclipse», «ERGO++», «FULLACCESS», «GPT-RadPlan», «HDR+», «MultiPlug», «iPlan RT», «MIM Symphony», «MONACO», «Multiplan», «MIM Maestro», «Panther TPS», «Plan W», «BrainlabElements», «PlanIQ», «Prism», «RapidPlan», «SagiPlan», «Spot», «SunSCAN 3D», «Theraplan Plus», «TOPAS», «Tracer», «VariSeed», «Vitesse», «XiO-CE 3D», «Pinnacle», «Focal». Учебные зарубежные компьютерные комплексы — это «FoCa», «MuriPlan», «OpenTPS», «PortPy», «Vert». При этом для планирования телетерапии и брахитерапии определены 14 комплексов дозиметрического планирования, отдельно для телетерапии — 29, для брахитерапии — 7.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Распространение ионизирующих излучений (ИИ) при развитии современных технологий, освоении сфер деятельности человека, применении в медицине требует особого внимания к проблемам влияния ИИ на здоровье населения, организации здравоохранения, нормирования, высшего образования квалифицированных специалистов. Актуальна организация межведомственного взаимодействия при разработке и утверждении новых норм радиационной безопасности (НРБ) с учетом исторически сложившейся российской специфики и современного международного опыта.

В прикладных, узкоспециализированных аспектах целесообразными являются:

• анализ на местах квалификации специалистов, кадровой обеспеченности медицинскими физиками, экспертами по измерениям физических факторов для специализированного федерального надзора и производственного контроля, обеспеченности измерительными приборами;
• унификация оценки профессиональных радиационных рисков, нормативов доз для отдельных профессий;
• внедрение в образовательный процесс вузов международных учебных пособий ВОЗ, МАГАТЭ и разработка учебных компьютерных систем дозиметрического планирования лучевой терапии.